Вспыхнувшие после убийства Джорджа Флойда в США протесты против расизма и полицейской жестокости нашли глубокий отклик в сердцах россиян, и особенно среди либеральной оппозиции и шире — интеллигенции. Испытывающая последние двадцать лет на себе всю бессмысленность и беспощадность российской полицейской жестокости (особенно при разгоне мирных протестов) несистемная оппозиция и поставленная вместе с ней в положение граждан второго сорта интеллигенция в массе своей не только не проявили эмпатии к чернокожим гражданам США, а — напротив — многие встали на сторону полиции и “жесткой руки” как необходимой меры для немедленного подавления протестов и последовавших беспорядков.

Журналисты, общественные деятели, имеющие доступ к широкой аудитории, на фоне американских протестов начали высказывать свое мнение о чернокожих и протестах в их поддержку: в лучшем случае это были наборы пропагандистских клише, а в худшем — нарочито расистские высказывания. 

Экономист и старший научный сотрудник вашингтонского института CSIS Владислав Иноземцев внезапно зазвучал как сторонник теории превосходства белой расы. Он описал протесты как “события”, которые “представляют собой не мирный протест, а демонстрацию силы; они служат утверждению не расового равенства, а превосходства этнического меньшинства над большинством”. Иноземцев не раскрывает свою мысль, но предположу, что он имеет в виду главный лозунг этих протестов — Black Lives Matter.

Очень многие россияне, в том числе те, кто называет себя оппозицией Путину и даже проживает в США, ложно истолковали его как “жизни чернокожих важнее жизней всех остальных”. Предположу, что они исказили смысл намеренно, потому что в США никто из участников движения никогда не утверждал этого. В лозунге Black Lives Matter ударение ставится на последнее слово — “имеют значение”. Или, другими словами, жизни чернокожих тоже имеют значение.